Nekto_Nemo (nektonemo) wrote in foto_history,
Nekto_Nemo
nektonemo
foto_history

Categories:

Сиро Исии и его команда - «Отряд 731»




+ текст + док.фильм +кинофильм....>>>

«Отряд 731» (яп. 731部隊 нанасанъити бутай?); кит. трад. 七三一部隊, упр. 七三一部队, пиньинь: qīsānyāo bùduì, палл.: цисаньяо будуй) — специальный отряд японских вооружённых сил, занимался исследованиями в области биологического оружия, опыты производились на живых людях (военнопленных, похищенных). Также проводились опыты с целью установления количества времени, которое может человек прожить под воздействием разных факторов (кипяток, высушивание, лишение пищи, лишение воды, обмораживание, электроток, вивисекция людей и др.). Жертвы в отряд попадали вместе с членами семей.
Создан в 1932 году, имел в составе три тысячи человек и дислоцировался на оккупированной территории Китая в районе посёлка Пинфан провинции Биньцзян, в двадцати километрах южнее Харбина (ныне — район Пинфан города Харбина). Командовал отрядом генерал-лейтенант Сиро Исии.

Чтобы подготовить площадку для секретного комплекса, были сожжены 300 китайских крестьянских домов. Отряд располагал собственным авиационным подразделением и официально назывался «Главное управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии».
По показаниям на суде в Хабаровске командующего Квантунской армией генерала Оцудзо Ямады, «Отряд 731» был организован в целях подготовки бактериологической войны, главным образом против Советского Союза, а также против Монгольской Народной Республики, Китая и других государств. Судебным следствием было также доказано, что в «Отряде 731» на живых людях, которых японцы между собой называли «брёвнами», на подопытных (китайцах, русских, монголах, корейцах, схваченных жандармерией или спецслужбами Квантунской армии), проводились и другие, не менее жестокие и мучительные опыты, не имевшие непосредственного отношения к подготовке бактериологической войны[1].

Некоторые военные врачи отряда получили уникальный опыт, к примеру, вскрытия живого человека[2]. Живое вскрытие состояло в том, что у подопытных под наркозом или под местной анестезией постепенно извлекали все жизненно важные органы, один за другим[3], начиная с брюшины и грудной клетки и заканчивая головным мозгом. Ещё живые органы, называемые «препаратами», уходили на дальнейшие исследования в разные отделы отряда.

Изучались пределы выносливости человеческого организма в определённых условиях — например, на больших высотах или при низкой температуре. Для этого людей помещали в барокамеры, фиксируя на киноплёнку агонию, обмораживали конечности и наблюдали наступление гангрены. Если заключённый, несмотря на заражение его смертоносными бактериями, выздоравливал, то это не спасало его от повторных опытов, которые продолжались до тех пор, пока не наступала смерть. «Опытные образцы» никогда не покидали лаборатории живыми[4].

Аналогичной деятельностью применительно к домашним животным и сельскохозяйственным культурам занимался и «Отряд 100». Также на «Отряд 100» возлагались задачи по производству бактериологического оружия и проведению диверсионных мероприятий.

Основная база «отряда 100» находилась в 10 километрах южнее Синьцзина в местечке Мэнцзятунь. «Отряд 100» был несколько меньше «Отряда 731», штат его сотрудников насчитывал 800 человек.

В распоряжении отряда была авиация, и бактериологическому нападению со стороны японцев было подвергнуто 11 уездных городов Китая: 4 в провинции Чжэцзян, по 2 в провинциях Хэбэй и Хэнань и по одному в провинциях Шаньси, Хунань и Шаньдун. В 1952 г. oфициальные коммунистические китайские историки исчисляли количество жертв от искусственно вызванной чумы с 1940 по 1944 гг. приблизительно в 700 человек. Таким образом, оно оказалось меньше количества загубленных пленников[5].

Деятельность «Отряда 731» расследовалась в ходе «Хабаровского процесса», который завершился осуждением ряда военнослужащих Квантунской армии, причастных к его созданию и работе, к различным срокам лишения свободы.

Позднее многие сотрудники этого отряда получили учёные степени и общественное признание, например Масадзи Китано[6]. Многие переехали в США, например глава отряда Исии[7], где ценились за свои знания, приобретённые в отряде[7]. Американские власти не призвали этих преступников к ответу, потому что, как указывается в книге Моримуры, информация о японских экспериментах в области бактериологического оружия представляла большую ценность для американской программы по его разработке[8]. Многие из врачей впоследствии (после войны) стали успешными, известными врачами в мирной жизни; некоторые из них основали свои клиники и роддома
1-й отдел:

Группа Касахары — исследование вирусов;
Группа Танаки — исследование насекомых;
Группа Ёсимуры (награждён Орденом Восходящего солнца в 1978 году за новаторскую деятельность в науке) — исследование обморожения (в том числе маленьких детей), опыты с ядовитыми газами (в сотрудничестве с «отрядом 516 Химического управления Квантунской армии»[9]);
Группа Такахаси — исследование чумы;
Группа Эдзимы (позже группа Акисады) — исследование дизентерии;
Группа Ооты — исследование сибирской язвы;
Группа Минато — исследование холеры;
Группа Окамото — исследование патогенеза;
Группа Исикавы — исследование патогенеза;
Группа Утими — исследование сыворотки крови;
Группа Танабэ — исследование тифа;
Группа Футаки — исследование туберкулёза;
Группа Кусами — фармакологические исследования;
Группа Ногути — исследование риккетсий;
Группа Ариты — рентгеновская съёмка;
Группа Уты.
2-й отдел:

Группа Ягисавы — исследование растений;
Группа Якэнари — производство бомб с БО.
3-й отдел:

Группа Карасавы — производство бактерий;
Группа Асахины — исследование сыпного тифа и производство вакцины.
Смерти подопытных контролировались специальной группой. Имелась печь для сжигания трупов, виварий, в котором содержались кролики, морские свинки, крысы, блохи, а также фабрика по производству бактерий.
По воспоминаниям сотрудников «Отряда 731», всего за время его существования в стенах лабораторий погибло около трёх тысяч человек[10]. По другим данным погибло 10 000 человек[11].

По единогласному признанию бывших служащих отряда, национальный состав заключенных был таким: почти 70 процентов — китайцы, 30 процентов — русские, украинцы и другие граждане СССР, немного корейцев и монголов. Возраст в подавляющем большинстве — от 20 до 30 лет, максимум 40 лет[12].

Известны имена только некоторых из них:

это железнодорожник из Муданьцзяна Сунь Чаошань,
плотник У Дяньсин,
слесарь Чжу Чжиминь,
китаец из Мукдена Ван Ин,
служащий торговой фирмы в Дальнем Чжун Миньцы,
член Коммунистической партии Китая, уроженец провинции Шаньдун, Цю Дэсы,
боец Красной Армии Демченко,
русская женщина Мария Иванова (убита 12 июня 1945 года во время эксперимента в газовой камере в возрасте 35 лет[13])
и её дочь (в возрасте четырёх лет убита во время эксперимента вместе с матерью
вики

И еще отсюда
Отряд был размещен в 1936 году около деревни Пинфан к юго-востоку от Харбина (на тот момент территория марионеточного государства Маньчжоу-го). Он располагался на территории шесть квадратных километров в почти 150 зданиях. Для всего окружающего мира это было Главное управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии. В «отряде 731» было все для автономного существования: две электростанции, артезианские скважины, аэродром, железнодорожная ветка. Была даже своя истребительная авиация, которая должна была сбивать все воздушные объекты (даже японские), которые без разрешения пролетали над территорией отряда.
Отряд разместили в Китае, а не в Японии, по нескольким причинам. Во-первых, при дислокации его на территории метрополии очень сложно было соблюсти режим секретности. Во-вторых, в случае утечки материалов пострадало бы китайское население, а не японское. Наконец, в-третьих, в Китае всегда были под рукой «бревна». «Бревнами» офицеры и ученые подразделения называли тех, на ком испытывались смертоносные штаммы: китайских пленных, корейцев, американцев, австралийцев.

Среди «бревен» было очень много наших соотечественников — белоэмигрантов, которые жили в Харбине. Когда запас «подопытных» в отряде подходил к концу, доктор Исии обращался к местным властям с просьбой о новой партии. Если под рукой у тех не было военнопленных, японские спецслужбы совершали рейды по ближайшим китайским населенным пунктам, пригоняя на «водоочистительную станцию» захваченных гражданских.

Первое, что делали с новичками, — откармливали. У «бревен» было трехразовое питание и даже иногда десерты с фруктами. Подопытный материал должен был быть абсолютно здоровым, дабы не нарушать чистоту эксперимента. Согласно инструкциям, любой сотрудник отряда, который посмел бы назвать «бревно» человеком, сурово наказывался.

«Мы считали, что “бревна” — не люди, что они даже ниже скотов. Впрочем, среди работавших в отряде ученых и исследователей не было никого, кто хоть сколько-нибудь сочувствовал “бревнам”. Все — и военнослужащие, и вольнонаемные отряда — считали, что истребление “бревен” — дело совершенно естественное», — говорил один из служащих.

«Они были для меня бревнами. Бревна нельзя рассматривать как людей. Бревна уже мертвые сами по себе. Теперь они умирали второй раз, и мы лишь исполняли смертный приговор», — говорил специалист по обучению персонала «отряда 731» Тошими Мизобучи.


В отряд шли выпускники самых престижных японских университетов, цвет японской науки.
Профильными экспериментами, которые ставились над подопытными, были испытания эффективности различных штаммов болезней. «Фавориткой» Исии была чума. Ближе к концу войны он вывел штамм чумной бактерии, в 60 раз превосходящий по вирулентности обычную. Эти бактерии хранились в сухом виде, а непосредственно перед использованием достаточно было лишь смочить их водой и небольшим количеством питательного раствора.

Эксперименты по выведению этих бактерий проводились над людьми.

Например, в отряде были специальные клетки, куда запирали людей. Клетки были настолько маленькими, что пленники не могли пошевелиться. Их заражали какой-либо инфекцией, а затем днями наблюдали над изменениями состояния организма. Были и клетки побольше. Туда загоняли одновременно больных и здоровых, дабы отследить, насколько быстро болезнь передается от человека к человеку. Но каким бы образом его ни заражали, сколько бы ни наблюдали, конец был один — человека заживо препарировали, вытаскивая органы и наблюдая, как болезнь распространяется внутри.


Людям сохраняли жизнь и не зашивали их целыми днями, дабы доктора могли наблюдать за процессом, не утруждая себя новым вскрытием. При этом никакой анестезии обычно не использовалось — врачи опасались, что она может нарушить естественный ход эксперимента.

Больше «повезло» тем, на ком испытывали не бактерии, а газы. Они умирали быстрее. «У всех подопытных, погибших от цианистого водорода, лица были багрово-красного цвета, — рассказывал один из служащих отряда. — У тех, кто умирал от иприта, все тело было обожжено так, что на труп невозможно было смотреть. Наши опыты показали, что выносливость человека приблизительно равна выносливости голубя. В условиях, в которых погибал голубь, погибал и подопытный человек».

Испытания биологического оружия проходили не только у Пинфаня. Помимо собственно основного здания «отряд 731» имел четыре филиала, расположенных вдоль советско-китайской границы, и один испытательный полигон-аэродром в Аньда. Туда возили заключенных, чтобы отрабатывать на них эффективность применения бактериологических бомб. Их привязывали к специальным шестам или крестам, вбитым по концентрическим кругам вокруг точки, куда затем сбрасывали начиненные чумными блохами керамические бомбы. Дабы подопытные случайно не умерли от осколков бомб, на них надевали железные каски и щиты. Иногда, впрочем, оставляли голыми ягодицы, когда вместо «блошиных авиабомб» использовались бомбы, начиненные специальной металлической шрапнелью с винтообразным выступами, на которые наносились бактерии. Сами ученые стояли на расстоянии трех километров и наблюдали за подопытными в бинокли. Затем людей везли назад на объект и там, как и всех подобных подопытных, вскрывали заживо, дабы пронаблюдать, как прошло заражение.

Впрочем, один раз такой эксперимент, проводившийся на 40 подопытных, завершился не так, как планировали японцы. Одному из китайцев удалось каким-то образом ослабить путы и спрыгнуть с креста. Он не убежал, а сразу же распутал ближайшего товарища. Затем они бросились освобождать остальных. Только после того, как все 40 человек были распутаны, все бросились врассыпную.

Японские экспериментаторы, увидевшие в бинокли, что происходит, были в панике. Если бы хотя бы один подопытный убежал, то сверхсекретная программа оказалась бы под угрозой. Не растерялся лишь один из охранников. Он сел в машину, помчался наперерез бежавшим и стал их давить. Полигон Аньда представлял собой огромное поле, где на протяжении 10 километров не было ни одного деревца. Поэтому большинство заключенных было раздавлено, а кое-кого даже удалось взять живыми.
осле «лабораторных» испытаний в отряде и на полигоне научные сотрудники «отряда 731» проводили полевые испытания. С самолета над китайскими городами и селами сбрасывали начиненные чумными блохами керамические бомбы, выпускали чумных мух. В своей книге «Фабрика смерти» историк Калифорнийского государственного университета Шэлдон Хэррис утверждает, что от чумных бомб погибло более 200 тысяч человек.

Достижения отряда широко использовались и для борьбы с китайскими партизанами. Например, штаммами с брюшным тифом заражались колодцы и водоемы в местах, которые контролировали партизаны. Однако вскоре от этого отказались: часто под удар подпадали собственные войска.

Впрочем, японские военные уже убедились в эффективности работы «отряда 731» и стали разрабатывать планы применения бактериологического оружия против США и СССР. С боеприпасами проблем не было: по рассказам сотрудников, к концу войны в запасниках «отряда 731» накопилось столько бактерий, что если бы они при идеальных условиях были рассеяны по земному шару, этого оказалось бы достаточно, чтобы уничтожить все человечество. Но японскому истеблишменту не хватило политической воли — а может, хватило трезвости…

В июле 1944 года лишь позиция премьер-министра Тодзе спасла Соединенные Штаты от катастрофы. Японцы планировали с помощью воздушных шаров переправить на американскую территорию штаммы различных вирусов — от смертельных для человека до тех, которые будут губить скот и урожай. Тодзе понимал, что Япония уже явно проигрывает войну и при атаке биологическим оружием Америка может ответить тем же.

Несмотря на оппозицию Тодзе, японское командование в 1945 году до самого конца разрабатывало план операции «Вишня расцветает ночью». Согласно плану, несколько подлодок должно было подойти к американскому берегу и выпустить там самолеты, которые должны были распылить над Сан-Диего инфицированных чумой мух. По счастью, к тому моменту у Японии было максимум пять подлодок, каждая из которых могла нести по два-три специальных самолета. И руководство флота отказалось предоставить их для операции, мотивировав это тем, что все силы необходимо сконцентрировать на защите метрополии.


122 по Фаренгейту

Сотрудники «отряда 731» по сей день утверждают, что испытания биологического оружия на живых людях было оправданным. «Нет гарантии, что подобное никогда не повторится, — говорил с улыбкой в интервью New York Times один из участников этого отряда, встречавший свою старость в японской деревне. — Потому что в войне вам всегда надо побеждать».

Но дело в том, что самые страшные эксперименты, проводившиеся на людях в отряде Исии, не имели никакого отношения к биологическому оружию. Особо бесчеловечные опыты ставились в самых засекреченных помещениях отряда, куда даже не имела доступа большая часть обслуживающего персонала. Они имели исключительно медицинское предназначение. Японские ученые хотели знать пределы выносливости человеческого организма.
Например: солдаты императорской армии в Северном Китае зимой часто страдали от обморожения. «Опытным путем» доктора из «отряда 731» выяснили, что лучшим способом лечить обморожение было не растирание пострадавших конечностей, а погружение их в воду с температурой от 100 до 122 градусов по Фаренгейту. Чтобы это понять, «при температуре ниже минус 20 подопытных людей выводили ночью во двор, заставляли опускать оголенные руки или ноги в бочку с холодной водой, а потом ставили под искусственный ветер до тех пор, пока они не получали обморожение, — рассказывал бывший сотрудник отряда. — После небольшой палочкой стучали по рукам, пока они не издавали звук как при ударе о деревяшку». Затем обмороженные конечности клали в воду определенной температуры и, изменяя ее, наблюдали за отмиранием мышечной ткани на руках.

Среди таких подопытных был и трехдневный ребенок: дабы он не сжимал руку в кулачок и не нарушил чистоту эксперимента, ему воткнули в средний палец иголку.

Для императорских ВВС проводились эксперименты в барокамерах. «В вакуумную барокамеру поместили подопытного и стали постепенно откачивать воздух, — вспоминал один из стажеров отряда. — По мере того как разница между наружным давлением и давлением во внутренних органах увеличивалась, у него сначала вылезли глаза, потом лицо распухло до размеров большого мяча, кровеносные сосуды вздулись как змеи, а кишечник, как живой, стал выползать наружу. Наконец человек просто заживо взорвался». Так японские врачи определяли допустимый высотный потолок для своих летчиков.

Кроме того, для выяснения наиболее быстрого и эффективного способа лечить боевые ранения людей взрывали гранатами, расстреливали, сжигали из огнеметов…

Были и эксперименты просто для любопытства. У подопытных вырезали из живого тела отдельные органы; отрезали руки и ноги и пришивали назад, меняя местами правые и левые конечности; вливали в человеческое тело кровь лошадей или обезьян; ставили под мощнейшее рентгеновское излучение; оставляли без еды или без воды; ошпаривали различные части тела кипятком; тестировали на чувствительность к электротоку. Любопытные ученые заполняли легкие человека большим количеством дыма или газа, вводили в желудок живого человека гниющие куски ткани.

Впрочем, из подобных «бесполезных» экспериментов получался и практический результат. Например, так появилось заключение о том, что человек на 78% состоит из воды. Чтобы это понять, ученые сначала взвесили пленника, а затем поместили его в жарко натопленную комнату с минимальной влажностью. Человек обильно потел, но ему не давали воды. В итоге он полностью высыхал. Затем тело взвешивали, при этом оказывалось, что весит оно около 22% от первоначальной массы.
Наконец, японские хирурги просто набивали руку, тренируясь на «бревнах». Один из примеров подобной «тренировки» описывается в книге «Кухня дьявола», написанной самым известным исследователем «отряда 731» Сэйити Моримурой.

«В 1943 году в секционную привели китайского мальчика. По словам сотрудников, он не был из числа “бревен”, его просто где-то похитили и привезли в отряд, но точно ничего известно не было. Мальчик разделся, как ему было приказано, и лег на стол спиной. Тотчас же на лицо ему наложили маску с хлороформом. Когда наркоз окончательно подействовал, все тело мальчика протерли спиртом. Один из опытных сотрудников группы Танабэ, стоявших вокруг стола, взял скальпель и приблизился к мальчику. Он вонзил скальпель в грудную клетку и сделал разрез в форме латинской буквы Y. Обнажилась белая жировая прослойка. В том месте, куда немедленно были наложены зажимы Кохера, вскипали пузырьки крови.

Вскрытие заживо началось. Из тела мальчика сотрудники ловкими натренированными руками один за другим вынимали внутренние органы: желудок, печень, почки, поджелудочную железу, кишечник. Их разбирали и бросали в стоявшие здесь же ведра, а из ведер тотчас же перекладывали в наполненные формалином стеклянные сосуды, которые закрывались крышками. Вынутые органы в формалиновом растворе еще продолжали сокращаться. После того как были вынуты внутренние органы, нетронутой осталась только голова мальчика.
Маленькая, коротко остриженная голова. Один из сотрудников группы Минато закрепил ее на операционном столе. Затем скальпелем сделал разрез от уха к носу. Когда кожа с головы была снята, в ход пошла пила. В черепе было сделано треугольное отверстие, обнажился мозг. Сотрудник отряда взял его рукой и быстрым движением опустил в сосуд с формалином. На операционном столе осталось нечто, напоминавшее тело мальчика, — опустошенный корпус и конечности».

В этом «отряде» не было никаких «отходов производства». После экспериментов с обморожением покалеченные люди шли на опыты в газовые камеры, а органы после экспериментальных вскрытий поступали в распоряжение микробиологов. Каждое утро на специальном стенде висел перечень того, в какой отдел пойдут какие органы от намеченных к вскрытию «бревен».


Все опыты тщательно документировались. Помимо кипы бумаг и протоколов в отряде было около 20 кино— и фотокамер. «Десятки и сотни раз мы вдалбливали себе в голову, что подопытные не люди, а всего лишь материал, и все равно при вскрытиях заживо у меня мутилось в голове, — рассказывал один из операторов. — Нервы нормального человека этого не выдерживали».

Некоторые опыты фиксировал на бумаге художник. В то время существовала лишь черно-белая съемка, и она не могла отразить, например, изменение цвета ткани при обморожении…


Оказались востребованы.

По воспоминаниям сотрудников «отряда 731», всего за время его существования в стенах лабораторий погибло около трех тысяч человек. Но некоторые исследователи утверждают, что реальных жертв было гораздо больше.

Конец существованию «отряда 731» положил Советский Союз. 9 августа советские войска начали наступление против японской армии, и «отряду» было приказано «действовать по собственному усмотрению». Работы по эвакуации начались в ночь с 10 на 11 августа. Важнейшие материалы — описания применения бактериологического оружия на территории Китая, кипы протоколов вскрытий, описания этиологии и патогенеза, описания процесса культивирования бактерий — сжигали в специально вырытых ямах.

Было решено уничтожить и остававшиеся на тот момент в живых «бревна». Часть людей отравили газом, а некоторым было благородно позволено покончить жизнь самоубийством. Трупы сбросили в яму и сожгли. Первый раз сотрудники отряда «схалтурили» — трупы сгорели не до конца, и их просто забросали землей. Прознав об этом, начальство, несмотря на спешку эвакуации, приказало трупы выкопать и сделать работу «как надо». После второй попытки пепел и кости были сброшены в реку Сунгари.

Туда же были выброшены и экспонаты «выставочной комнаты» — огромного зала, где в наполненных специальным раствором колбах хранились отрезанные человеческие органы, конечности, разрубленные разным способом головы, препарированные тела. Часть из этих экспонатов были зараженными и демонстрировали различные этапы поражения органов и частей тела человека. Выставочная комната могла бы стать самым наглядным доказательством бесчеловечной сущности «отряда 731». «Недопустимо, чтобы в руки наступающих советских войск попал хотя бы один из этих препаратов», — заявило руководство отряда подчиненным.

Но часть наиболее важных материалов была сохранена. Их вывезли Сиро Исии и некоторые другие руководители отряда, передав все это американцам — как своего рода выкуп за свою свободу. Для США эта информация имела чрезвычайную важность.

Американцы начали свою программу развития биологического оружия лишь в 1943 году, и результаты «полевых опытов» их японских визави оказались как нельзя кстати.


«В настоящее время группа Исии, тесно сотрудничая с США, готовит большое количество материалов для нас и дала согласие предоставить в наше распоряжение восемь тысяч слайдов, на которых запечатлены животные и люди, подвергшиеся бактериологическим экспериментам,
— говорилось в специальном меморандуме, распространенном среди избранных лиц госдепартамента и Пентагона. — Это крайне важно для безопасности нашего государства, и ценность этого значительно выше того, чего мы достигли бы, возбудив судебное расследование военных преступлений… В связи с чрезвычайной важностью информации о бактериологическом оружии японской армии правительство США решает не обвинять в военных преступлениях ни одного сотрудника отряда по подготовке бактериологической войны японской армии».
Поэтому в ответ на запрос советской стороны о выдаче и наказанию членов отряда в Москву было передано заключение о том, что «местопребывание руководства “отряда 731”, в том числе Исии, неизвестно и обвинять отряд в военных преступлениях нет оснований».

В целом в «отряде 731» работало почти три тысячи ученых (включая тех, кто трудился на вспомогательных объектах). И все они кроме тех, кто попал в руки СССР, избежали ответственности. Многие из ученых, препарировавших живых людей, стали в послевоенной Японии деканами университетов, медучилищ, академиками, бизнесменами. Среди них были губернатор Токио, президент японской медицинской ассоциации, высокопоставленные сотрудники Национального института здравоохранения. Военные и врачи, которые работали с «бревнами»-женщинами (в основном экспериментировали с венерическими заболеваниями), после войны открыли частный родильный дом в районе Токай.

Принц Такеда (двоюродный брат императора Хирохито), который инспектировал «отряд», тоже не понес наказания и даже возглавил японский Олимпийский комитет в преддверии Игр 1964 года. А сам злой гений отряда — Сиро Исии — безбедно жил в Японии и умер от рака в 1959 году.





Документальный фильм:

прямая http://youtu.be/obpg0zA4630


Кинофильм про отряд - Человек за солнцем

прямая http://youtu.be/XdHV5SPZ_3Y
Tags: вторая мировая, жесть, история Китая, история Японии, кино, медицина, текст, ужас
Subscribe

Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 51 comments