a_i_z (a_i_z) wrote in foto_history,
a_i_z
a_i_z
foto_history

Categories:

Страсти по Нобелю. Делиться будем?!

Начало страстей было   ТУТ
Когда Марк Алданов назвал Нобелевскую премию по литературе лотереей, он имел в виду, что в присуждении премии много случая -
можно получить то, чего жаждешь, а можно и пролететь, как фанера над Стокгольмом.

Лотерея лотереей, но чтобы не получилось как в анекдоте про Бога,
замученного мольбами о выигрыше: - Ну ты бы хоть лотерейный билет купил! –
прежде всего нужно было попасть в список номинантов.

И для этого запускались все возможные механизмы связей, знакомств, рекомендаций.

       
              
Например, Марк Алданов, стоящий во главе команды "за Бунина!" был влиятельным масоном французских и американских лож,
надо полагать, братья-масоны помогали ему, когда обращался с просьбой посодействовать...

Сигурд Агрелль (Sigurd Agrell, 1881-1937) был профессором-славистом в одном из старейших университетов Швеции в Лунде.
Это он по центру - между Буниным и Мережковским.

Прекрасный переводчик, переводил на шведский рассказы Бунина и в 1925 году - "Анну Каренину", этот перевод на долгие годы стал самым популярным в Швеции.
В молодости был поэтом-символистом (вот тут большой привет отцу русского символизма Дмитрию Мережковскому).
Но лично Агрелль не был знаком ни с Мережковским, ни с Буниным.

Русскую литературу хорошо знал, любил, переводил, поэтому, когда к нему обратились с просьбой номинировать Мережковского и Бунина,
он это предложение с энтузиазмом исполнил.
Тем более, что просьба была от его коллеги - шведского критика и историка литературы, члена Нобелевского комитета, профессора Фридриха Беека.

Из письма журналиста-эмигранта Ильи Марковича Троцкого, долгое время работавшему в Копенгагене и Стокгольме,
к известному своими связями, публицисту-эмигранту Соломону Полякову-Литовцеву:

"...Фридрих Беек дал мне свою карточку к профессору Лундского университета Зигурду Агреллю, дабы я с ним познакомился и побудил снова выставить кандидатуру И.А. Бунина.
Конечно, я это сделаю..
Посещу также Копенгагенского профессора Антона Карлгрена, с которым намерен побеседовать относительно кандидатуры Бунина и Мережковского.
Все это, как видишь, чрезвычайно серьезно. Друзья Бунина должны взяться за дело!"

            Вот Соломон Поляков-Литовцев (1875-1945):
            


            Вот И. М. Троцкий (1897-1969):
            
Он будет сопровождать Бунина и в Стокгольм на вручение премии 10 декабря 1933 года (будет ещё на фото внизу).

Так что в 1930 году Сигурд Агрелль выдвинул Мережковского и Бунина с примечанием, что премия может быть присуждена одному Мережковскому или поделена с Буниным
(одна премия на двоих - такое уже бывало в истории нобелевских литературных присуждений в 1904 и 1917 гг)

В 1931 году Sigurd Agrell опять выдвигает их же с примечанием дать премию - на двоих.

Мережковский и раньше, на одной из литературных посиделок предложил Бунину поделиться премией – то ли в шутку, то ли всерьёз.
Бунин отделался шутками, мол, кому дадут, того и счастье.

А вот в 1931 году Дмитрий Сергеевич на полном серьёзе предложил Бунину написать друг другу письма и удостоверить их у нотариуса,
что в случае, если кто из них получит Нобелевскую премию, то другому даст 200000 франков.

Бунин отказался. Его жена Вера Николаевна записывает в дневнике:
".. в этом есть что-то ужасно низкое - нотариус, и почему 200000?
Ведь, если кто получит, то ему придётся помочь и другим. Да и весь этот способ очень унизительный...
У меня почти нет надежды, что Ян получит, но всё же, если получит, то почему дать такую сумму Мережковскому?
Ведь у нас есть и более близкие друзья. Если же получит Мережковский, то je ne tiens pas — их счастье! "

В 1932 году Sigurd Agrell опять их выдвигает! И опять примечает, чтобы приз был общим или - любому кандидату из двух.
И опять Мережковский предлагает "застраховаться" на случай получения премии кем-то из них двоих и опять Бунин не соглашается,
а Вера Николаевна, пытаясь сгладить ситуацию, говорит, что Бунин суеверен, да и вообще вряд ли дадут русским...

1933 - Sigurd Agrell выдвигает троих, ставя на первое место Бунина.
Или чтобы был общий приз между: Бунин - Мережковский или между Бунин - Горький.

За Бунина в 1933 году кроме Агрелля хлопотали ещё 4 номинатора. Итог известен.

З.Н.Гиппиус написала Вере Николаевне: - Поздравляем и - Завидуем.

Цветаева напишет в письме подруге - " Мережковский и Гиппиус - в ярости. Может быть, единственное, за жизнь, простое чувство у этой сложной пары...
Их сейчас все боятся, ибо оба, особенно она, злы. Злы - как духи".
(Цветаева не приветствовала премию Бунина, считала, что Горький более достоин, что Бунин - конец эпохи, а Горький - начало)

         Зинаида Николаевна Гиппиус:
         

         Гиппиус и Мережковский в эмиграции:
         

Мережковскому не повезло с премией даже не потому, что в пользу Бунина был организован нобелевский,
как сейчас бы сказали спам - столько писем приходило в комитет в пользу Бунина.
Бунин и сам участвовал в письменных просьбах - замолвить о нём словечко, в дневниках у него есть - "устал от переписки".

Антону Карлгрену (о котором И.М. Троцкий упоминает в письме) почему-то не нравился Мережковский, почему - поди сейчас, разберись.
Но именно Карлгрен написал в Нобелевский комитет разгромную характеристику на Мережковского - про его стиль, "историзм".

         Антон Карлгрен, злой гений Мережковского:
         

Письмо Карлгрена не являлось всесторонним анализом творчества Мережковского, зато было написано на всем академикам понятном шведском - словом, против лома нет приёма...

Вероятно, прекрасно понимая всю тогдашнюю ситуацию, Sigurd Agrell потом выдвигал Мережковского ещё 4 раза!
Теперь - только его одного! В 1934-1937.
Может, выдвигал бы и дальше, но в 1937 году Агрелль умер в возрасте 56 лет от сердечного приступа.
Больше Мережковского никто не выдвигал, а в декабре 1941 и он умер...

А 750000 франков не принесли Бунину счастья. 120000 ушло на благотворительные фонды и помощь нуждающимся литераторам, а куда делись остальные?
Ни недвижимости, ничего серьёзного он не купил.
Вроде бы часть он вложил в какое-то сомнительное предприятие, деньги пропали. Было много балов, светских раутов...

А тут ещё и молодая возлюбленная Галина Кузнецова в тот же год ушла, бросила Нобелевского лауреата...
Для Бунина это был удар по его мужскому самолюбию: Галина Кузнецова ушла от него к... женщине (Марга Степун)

Вот Галина Кузнецова на фото в Стокгольме 10 декабря 1933 года:
Слева направо – Галина Кузнецова, И.М. Троцкий, В. Н. Бунина, А. Седых, сам Бунин, артистка А. Берг в роли св. Люции:



Словом, уже через несколько лет после получения премии Нобеля, в дневниках и письмах Бунина звучит тоскливое -
денег нет, денег нет... тяжело жить, мотаясь по лекциям и тдтп

Может, всё же стоило поделиться с Мережковским, может, тогда бы и фишка по-другому легла?

p/s/ долг платежом красен: став лауреатом, Бунин много раз выдвигал Алданова на Нобелевскую премию по литературе,
но, увы, Бунин получил своё в рамках Русского проекта, а ещё один писатель-эмигрант уже не вписывался...
Tags: 1930-е, заговоры, интересно, личности, мысли вслух, писатели, политика, текст
Subscribe

Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments