Александр Майсурян (maysuryan) wrote in foto_history,
Александр Майсурян
maysuryan
foto_history

Categories:

125 лет Папанину. Четыре полярника и собака



26 ноября — день рождения советского полярника и учёного (а ещё в годы революции — чекиста) Ивана Дмитриевича Папанина (1894—1986).
Вот он в дружеских шаржах советского времени:


Кстати, Сталин на приёме в Кремле в честь спасённых со льдины папанинцев сказал: «Кто мне объяснит, почему в дружеских шаржах Папанина рисуют толстым? Он же худой». В своих мемуарах Иван Дмитриевич объяснил, в чём было дело: «За время дрейфа я похудел на 30 килограммов — с 90 до 60-ти».

Папанин в советском фарфоре:


А это тоже фарфор, изображает демонстрацию, устроенную четырьмя папанинцами на 50-метровой льдине в честь 20-летия Октября:




Нетрудно заметить, что лайка по кличке Весёлый, «пятый зимовщик», как её называли — на изображениях почти неразлучный спутник Папанина. Первое домашнее животное на Северном полюсе, он был в каком-то смысле предшественником советских «космических» собак 1950-х, Лайки, Белки и Стрелки.
Вот очерк об этой собаке, написанный Папаниным по заказу одной из крупнейших московских газет:
«Весёлый» прекрасно выполнял обязанности сторожа. Помню случай, который произошёл летом. Мы находились тогда на 88-м градусе северной широты. Во время дежурства Кренкеля на льдину пришли три медведя. «Весёлый» был привязан к нартам. Мы ничего не замечали. Вдруг раздался яростный лай собаки. Эрнст схватил винтовку и выбежал из палатки. Появление гостей не вызвало у Кренкеля радости, и он открыл по ним стрельбу. Медведи быстро ретировались. Так «Весёлый» спас в этот день нашу продовольственную базу. Не будь его на льдине, медведи преспокойно разломали бы нарты, банки с продовольствием.
Читатель с удивлением спросит, зачем понадобилось привязывать «Весёлого» к нартам. Объясняется это причинами не совсем деликатного свойства. «Веселый» был уличён в воровстве. Произошло это следующим образом. Я спрятал наши запасы свежего мяса — телятину и свиную тушу — в пещере, вырубленной в айсберге. «Весёлый» пронюхал, где помещается наш мясной склад, разыскал его, раскопал снег и стащил кусок мяса. Вот за этот проступок мы и наказали его.
Мы установили также, что «Весёлый» занимался воровством продуктов даже из камбуза чёрной палатки. Не раз ползком на брюхе он прокрадывался к ящику с маслом и отгрызал изрядную порцию. Иногда мы ловили его за этим занятием сами, а иногда узнавали о краже но следам зубов, которые оставались на масле. Любопытно, что «Весёлый» никогда не съедал целиком того, что ему давали, или того, что удалось своровать. Обычно половину съест, а другую спрячет. Выроет ямку в крепком снегу и сложит туда свои запасы. Даже тогда, когда я долго не показывался из палатки и пёс испытывал голод, он всё-таки не трогал своих пищевых резервов. Очевидно, пёс понимал, что находится на льду, где мало ли что может случиться. Поэтому и решил создать себе базу, подобную нашей. «Весёлый» в этом отношении держал себя, как песец, который никогда не съедает своей добычи целиком, а обязательно половину оставляет про запас.
«Весёлый» всегда жил на улице. Тёплая природная шуба полярной лайки отлично грела. И только в очень сильную пургу он, не выдержав, просился к нам в палатку, давая об этом знать визгом. Мы впускали его в тамбур, где он устраивался довольно уютно.
В дни больших праздников мы брали «Весёлого» в палатку. Он садился рядом с нашим импровизированным столом, и каждый считал своим долгом угостить его жареной сосиской или другим деликатесом. Поужинав, пёс ложился на тёплые, сухие дрова к дремал. Мы давали ему насладиться сном и некоторое время не трогали его. Но, когда приходило время укладываться спать, я говорил «Весёлому».
— Голубчик, бал кончился. Отправляйся охранять наш мирный труд.
«Весёлый» не протестовал. Он как бы понимал, что обязан трудиться за тот сытный стол, который получал на Северном полюсе, и уходил из палатки».
А продолжение судьбы собаки вышло немного неожиданным, хотя для неё и счастливым. В 1977 году Папанин писал:
«Когда мы брали с собой пса, то о его дальнейшей судьбе как-то не задумывались. О его проделках мы рассказывали в печати, чем создали Весёлому мировую известность.
На приёме в Кремле Сталин поинтересовался:
– А где же Весёлый?
Я ему объяснил, что он пока на «Ермаке».
– Думаю, что ему будет неплохо на моей даче.
Потом, когда я лечился в Барвиxе, часто видел Весёлого на прогулке – он сопровождал Аллилуева, тестя И.В. Сталина. Меня Весёлый не забывал, приветливо махал хвостом, но от нового хозяина не отходил. Всё правильно: новый каюр – новая привязанность».


Встреча папанинцев
Tags: 1930-е, история СССР, карикатура, тексты
Subscribe
Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments