Александр Владимирович (av_seliverstov) wrote in foto_history,
Александр Владимирович
av_seliverstov
foto_history

Categories:

О захоронениях в соборе Екатерины Великомученицы

В краснодарском храме хоронили видных деятелей Белого движения и любимцев царской семьи.
Верховный руководитель Добровольческой армии генерал Михаил Алексеев, принявший активное участие в отречении Николая II от престола, проводник белого террора генерал Михаил Дроздовский, герой Первой мировой, любимец императрицы Александры Фёдоровны и великой княжны Татьяны Дмитрий Малама и ещё 53 человека – историку Александру Селиверстову удалось узнать имена людей, чей прах лежит или лежал в криптовой части краснодарского Екатерининского собора.

DSC_4594a



Имена за шкафами

Александр Селиверстов заинтересовался захоронениями во время работы над книгами «Все храмы города Екатеринодара-Краснодара» и «Все храмы края. Кубанская митрополия». До последнего времени было известно лишь о немногих погребённых здесь людях – почему-то историки не спешили узнавать о том, чьи останки лежат в стенах собора.

– Для меня удивительно, почему долгое время это никому не было нужно, – говорит Александр. – Мне это интересно, потому что я, во-первых, историк, во-вторых, коренной краснодарец, при этом люди, похороненные в храме во время Гражданской войны, – часть истории не только города, но и всей страны, хоть я и скептически отношусь к белому движению.

Во время нескольких экспедиций в криптовую (т.е. скрытую) часть храма Александр Селиверстов узнал имена 56-ти погребенных, и работу для этого пришлось проделать огромную – в одной части плиты закрыты массивными шкафами с церковными облачениями. Приходилось вытаскивать их, снимать задние стенки шкафов и за ними искать имена. В другом помещении и вовсе функционирует свечной цех – приходилось раскапывать слежавшуюся за годы восковую массу, закрывавшую усыпальницы.

DSC_4196


– Я благодарен служителям собора, настоятелю Игорю Олжабаеву, иеродиакону Николаю (Тищенко), который помогал, жертвовал собственным временем во время наших работ в ризнице, – говорит Александр Селиверстов.

Установить имена захороненных удалось не только в ходе экспедиций в собор. Немало имён историк нашёл, изучив метрики всех храмов города за 1911–1920 гг., в периодике тех лет и литературе.
А теперь по порядку.

– Усыпальницы здесь появились на завершающем этапе возведения храма, – рассказывает Александр Селиверстов. – Хотя, когда собор начали строить, такой мысли не было. Когда стройка на несколько лет встала, автор проекта, архитектор Иван Климентьевич Мальгерб предложил соорудить в криптовом этаже усыпальницы и продавать право захоронения в них за 1000 рублей; полученные средства должны были пойти на достройку. Для сравнения – в начале 20 века средняя зарплата составляла 450 руб. в год.

В одной из фамильных усыпальниц собора:
DSC_6012


Первой в мае 1911 года в храме похоронили Варвару Добровольскую, жену екатеринодарского купца Ивана Добровольского, который за свой счёт обустроил весь нижний этаж Екатерининского храма.
До Гражданской войны в храме упокоились 11 человек, в том числе сам Иван Добровольский – его убили в 1916 году.
– Интересно, что записи о его захоронении содержатся в метриках сразу двух храмов, – говорит Александр Селиверстов. – Причём согласно обеим записям купцу было 80, а судя по надписи на надгробной плите умер он 60-летним.

Варваринский, криптовый, придел собора:
DSC_4106a

DSC_4102

Первые жертвы Гражданской

В январе 1918, в один день, в храме захоронили сразу трёх человек, погибли они во время одного из первых боёв Гражданской.
Тогда атаку большевиков под Екатеринодаром отразили добровольческие части капитана Виктора Покровского и войскового старшины Галаева. В бою погиб сам Пётр Галаев, прапорщик Иван Моисеенко

– И прапорщик Татьяна Бархаш – 20-летняя, согласно метрике, выпускница женских военных курсов 1917 года, – рассказывает Александр Селиверстов. – Пулемётчица, есть свидетельство, что она участвовала в обороне Зимнего дворца во время знаменитого штурма...
Понятное дело, что о 1000 руб. за захоронение тогда уже и не вспоминали.

1 марта 1918 года в Екатеринодар вступили красноармейцы.
В «советский период» в храме похоронили двоих – «служащего в интендантстве гражданина» Алексея Радощёкина, который умер от огнестрельного ранения, и жену нотариуса Александру Подушка.

DSC_4215


2 августа город был захвачен вернувшейся на Кубань Добровольческой армией, Екатеринодар стал одним из центров Белого движения – и в Екатерининском храме за это время похоронили немало исторических личностей.

– Самый известный из тех, кого здесь захоронили – верховный руководитель Добровольческой армии, бывший верховный главнокомандующий Русской армии, генерал от инфантерии Михаил Алексеев, – продолжает Александр Селиверстов. – Один из руководителей Белого движения, из тех, кто принудил императора Николая II к отречению. Умер Алексеев 60-летним от воспаления легких, до последнего момента был деятельным – перед кончиной, например, принимал грузинскую делегацию, вёл переговоры о принадлежности Сочинского округа. Хоронили Алексеева очень торжественно – на улицы вышел весь город. Его дом находился на пересечении нынешних улиц Мира и Седина, гроб провезли на лафете по Екатерининской (Мира) до Красной, потом по Соборной (Ленина), Борзиковской (Коммунаров), так процессия дошла до собора. Гроб выносили генералы Деникин, Драгомиров, Романовский и бывший председатель Госдумы Родзянко. Вся церковная площадь была забита народом, над ней кружили аэропланы.

Правда, сейчас останков генерала Алексеева в Краснодаре нет – в марте 1920 года белые при отступлении забрали его прах. Перевезли в Белград и перезахоронили сначала в соборе, а затем ещё раз – на военном кладбище. Существует версия, что прах генерала лежал в соборе до 50-х годов прошлого века, и только потом его перевезли в... Загреб. А на Всесвятском кладбище захоронили пустой гроб – надгробный камень генерала там, во всяком случае, имелся. Но, по словам Александра Селиверстова, плита на Всесвятском была сделана, скорее всего, в 1990-х.

Зачем забирали останки?

Вместе с прахом Алексеева белые при отступлении забрали останки ещё двух человек – генерала Михаила Дроздовского и полковника Вячеслава Туцевича. Первый прославился не только переходом Яссы-Дон, после которого соединился с Добровольческой армией, но и жестокими убийствами пленных красноармейцев.

– Дроздовский, на мой взгляд, военный преступник, – говорит историк. – Проводник массового белого террора, виновник бессудных казней красных. Есть свидетельства, что он лично ходил среди пленных и выбирал, кого какой пулей расстрелять – простой, разрывной, бронебойной. А когда надоело – по его приказу людей расстреляли скопом. Полковник Туцевич служил в Дроздовской бригаде и погиб от выстрела собственной батареи – снаряд попал в провод и разорвался над ним. Интересно, что останки Туцевича и Дроздовского изъяли из храма, когда город был уже под красными – дроздовцы совершили дерзкий набег, чтобы забрать прах своих. Их перевезли в Севастополь и похоронили на Малаховом кургане, во время Великой Отечественной кладбище разбомбили, так что могилы не сохранились.

DSC_5748


В этот же период в храме похоронили полковников Нелидова, Индейкина, Василия Ткачева (бывшего атамана Лабинского отдела, брата известного летчика Вячеслава Ткачева), Гейдемана, Волнянского, Миончинского, Гершельмана, Яновского, Аландера, генерала Мамонова.

DSC_5997

DSC_5033

DSC_5045

DSC_5003


Среди похороненных в храме генералов – бывший наказный атаман ККВ Михаил Бабыч (его красные взяли в заложники и убили под Пятигорском) и генерал Николай Успенский, избранный войсковым атаманом в ноябре 1919 (умер 44-летним от сыпного тифа).

– В храме был захоронен и генерал-лейтенант Константин Мамантов, – продолжает Александр Селиверстов. – Тоже значимая фигура Белого движения, прославился конным рейдом по тылам красного Южного фронта в августе–сентябре 1919 года. Он даже мог взять Москву, но его корпус предпочёл заняться грабежом – по воспоминаниям современников награбили столько, что подводы с имуществом тянулись на несколько вёрст. Важно помнить, что среди награбленной добычи немалую часть составляла церковная утварь, драгоценные ризы, кресты.

Мамантов умер 50-летним в екатеринодарской больнице. По одной из версий, его отравили – когда заболевший тифом генерал пошёл на поправку, ночью в палату зашёл неизвестный и сделал какой-то укол. Мамантов кричал жене: «Гони его, подлеца, вон». Но мужчина выбежал и пропал навсегда. А лечащий врач, как оказалось, не назначал никаких инъекций. После этого генерал впал в беспамятство и больше в себя не приходил.

«Только сознание долга»

Хоронили в церкви не только полковников и генералов – лежат здесь останки и низших офицерских чинов, корнеты Крупин, Рубинский, Линицкий, Сатов-Швенднер, хорунжий Пеховский. Поручик Кармалин – внук бывшего начальника Кубанской области Николая Кармалина, был убит 20-летним в марте 1918. Штабс-ротмистр Дмитрий Малама – сын бывшего начальника Кубанской области Якова Маламы.

DSC_5012


О Дмитрии Маламе стоит рассказать отдельно – прославился он не в Гражданскую. Юноша закончил Императорский пажеский корпус, в 1913 году взял первый приз в конном забеге на 100 верст и отличился во время Первой мировой, за что получил из рук императрицы Георгиевское оружие – золотую саблю с надписью: «За храбрость».
«В бою 5-го августа во главе взвода атаковал неприятельскую пехоту и, будучи тяжело ранен, остался в строю и продолжал обстреливать противника, чем значительно способствовал успеху», – так описан его подвиг в донесении.

Malama


Тот лазарет, в котором лежал Малама, посещали в качестве сестёр милосердия императрица с дочерьми. Дмитрий пришёлся по душе великой княжне Татьяне, которой он подарил щенка французского бульдога, и самой императрице Александре Федоровне.

– В дневнике Татьяны Малама фигурирует как «душка», – рассказывает Александр Селиверстов. – Но не это главное – отличительной чертой этого молодого человека было чувство долга. Есть свидетельства, что, когда он узнал о гибели царской семьи, в том числе Татьяны, начал искать смерти в бою. И погиб в 27 лет, в конной атаке.

«В нём поражало замечательно совестливое отношение к службе и к полку, в частности», – вспоминал Маламу лежавший с ним в одной палате солдат Степанов. – «Он только видел сторону «обязанностей» и «ответственности». Получив из рук императрицы заслуженное в бою Георгиевское оружие, он мучился сознанием, что «там» воюют, а они здесь «наслаждаются жизнью». Никогда ни в чём никакого чванства. Только сознание долга».

Хоть редко, но хоронили в храме во время власти белых, и гражданских – например, Николая Пояркова, сына священника, поэта, прозаика, критика, состоявшего в переписке с Александром Блоком.

DSC_4298

– После того, как окончательно установилась советская власть, в крипте захоронили троих человек, – рассказывает Александр Селиверстов. – О Николае Емельяненко и Наталье Нордега мне ничего неизвестно. А Аким Еськов – бывший купец, гласный городской Думы – на современный лад депутат – принимал участие в строительстве собора.

На этом захоронения в соборе не закончились, но с тех пор здесь находили вечный покой только священнослужители.

Полный список захороненных в храме, с информацией о них, фотографиями и схемой захоронений, историк предполагает опубликовать во 2-м томе книги «Все храмы края».

Федор ПОНОМАРЁВ

Источник текста.
Современные фото: А. В. Селиверстов.


DSC_4549

DSC_4678

DSC_4300

DSCN5007
Tags: история России, кладбища
Subscribe
Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments