?

Log in

No account? Create an account
история в фотографиях
Петербург в дни коронации Александра III 
20th-Dec-2017 08:47 pm
Оригинал взят у sazikov в Петербург в дни коронации Александра III




Публикация подготовлена в рамках реализации культурно-исследовательского проекта по гранту президента РФ "Искусство праздничного оформления города. История и современность".

В воскресенье, 15-го мая 1883 года, Петербург принарядился. Все торговые заведения были заперты и на всех домах красовались национальные флаги. Почти на каждом шагу по большим улицам попадались бюсты или портреты их величеств, декорированные зеленью и цветами. Всюду красовались щиты и транспаранты с вензелевыми буквами царственной четы. Местами массы симметрически собранных флагов располагались в вид веера. Далее убранные красным сукном балконы и окна, вывешенные на улицы ковры, разубранные подъезды некоторых домов — все это представляло эффектное зрелище.
Небольшой дождь, заморосивший с 11-ти часов утра, мало влиял на движение народных масс по улицам, останавливавшимся более всего перед Гостиным Двором, у середины которого сооружен был целый павильон, богато убранный тропическими растениями. Над павильоном возвышался золоченый крест, по сторонам которого красовались два золоченые же двуглавые орла. Снаружи, на ниспадающей занавеси, в форме русского полотенца, начертаны были слова: «Господи, силою твоею возвеселится Царь». По бокам павильона стояли два колоссальные канделябра, с целою пирамидою ламп, покрытых белыми матовыми шарами. С обеих сторон, в промежутках между колоннами верхней галереи здания, на красивых коврах, поставлены были бюсты государя и государыни. Эффектно было убрано и здание городской думы, башня которой была драпирована красным сукном с горностаевой опушкой. Здесь прежде всего обращал на себя внимание большой щит с государственным гербом; затем — транспарант с изображением вензелевых букв их величеств и, наконец, щит с гербом города. Из других казенных и частных зданий на Невском отличались убранством дома: кн. Белосельского, городского головы И. Глазунова, волжско-камского банка, Европейской гостиницы, голландской церкви и Елисеева.




Большая Морская не отстала от Невского. Длинный фасад дома Кононова, где помещается ресторан Бореля, был устлан вдоль всего третьего этажа красным сукном, фестонами, и украшен большим транспарантом с зеленью и цветами; в простенках между окнами виднелись снопы флагов. Магазин Кумберга, кроме специального убранства окон, с установленными на них портретами и бюстами их величеств, превратил часть панели перед магазином в изящную беседку с изящным фонтаном посередине: из которого била струя воды. Бюсты царственной четы у цветочного магазина Ремпена тонули в громадной массе цветов; венок, с вензелевыми буквами их величеств, разделял бюсты и оканчивался внизу ниспадающей широкой лентой из национальных цветов. Меховой магазин Гринвальда соорудил, оригинальное убранство из дорогих мехов. На небольшом пространств между Гороховой и Исаакиевским сквером выделялись: ювелирный магазин Бутца, превративший свой подъезд в изящный павильон, и дома — Тутолмина, Сазикова, яхт-клуба и Овчинникова.



По окончании литургии в Исаакиевском соборе колокольный звон умолк, и все с нетерпением ждали известий из Москвы. Последнее вскоре появилось: верховой казак, стоявший наготове у телеграфной станции, в несколько секунд прискакал к собору, когда получена была — в 1 час 45 минут — депеша следующего содержания: «Священное коронование Их Императорских Величеств совершилось в час пополудни». Протодиакон громогласно возвестил телеграмму молящимся. Вслед затем, раздался на крепостном валу первый выстрел и началась салютационная пальба. Толпа народа, наполнявшая Исаакиевскую площадь, моментально обнажила головы и преклонила колена; а хоры военных оркестров заиграли народный гимн, по выполнены которого воздух огласился долго несмолкавшими кликами «ура». Громко раздавался звон большого соборного колокола, вместе с которым загудели и все колокола петербургских церквей.



По окончании богослужения состоялся церковный парад. Всем парадом командовал генерал-адъютант, барон Дризен, временно-командующий гвардейским корпусом. Войска прошли церемониальным маршем: пехотные части — по-полуротно на полуротных дистанциях, артиллерийский и кавалерийский взводы по-взводно на взводных дистанциях. Временно-командующий всеми войсками петербургского округа, генерал-адъютант, граф Барклай де-Толли-Веймарн, мимо которого проходило церемониальное шествие, благодарил каждую отдельную часть за ее молодецкий и лихой вид. Между тем толпа убывала весьма незаметно, хотя многие отправились на Марсово Поле, где устроено было народное гулянье.



Гулянье на Царицыном Лугу в день священного коронования началось ровно в 3 часа. Хотя вначале моросил изрядный дождь, но уже с двух часов все, громадное пространство Марсова поля было занято сплошною массою народа. Посередине площади возвышалась царская палатка, обшитая снаружи и внутри полотном и отороченная кумачем. Она была декорирована тропическими растениями, среди которых утопали бюсты царственной четы. Снаружи палатка разукрасилась искусственными цветами и гирляндами из зелени.
В 4 часа сюда прибыли, по окончании благодарственного молебна, чины городского самоуправления. Когда обер-полицеймейстер взашел в царскую палатку, то над нею поднялся флаг. Народ зашумел и задвигался; загремела музыка; открылись театры; завертелись карусели. Через несколько времени, обер-полицеймейстер появился перед народом с бокалом в руке: дружное «ура» огласило воздух и шапки полетели вверх.
Общий вид гулянья был весьма живописен. По краю площади, к стороне павловских казарм, выставлены были декоративные картины, изображавшие разные эпохи из истории Poccии. Народ сильно теснился около этих картин, установленных на особых стативах, с украшениями в русском стиле. Всех картин было 12. Длинная линия их замыкалась с одной стороны видами Спасских ворот в Москве, а с другой — видами Красных ворот и Сухаревой башни, двух древних достопримечательностей первопрестольной столицы. Откровенно говоря, выполнение картин, поставщиком которых был балаганных дел мастер Малафеев, не отличалось ни отчетливостью, ни исторической верностью. Прежде всего, они неприятно поражали художественный глаз своею утрировкой и напыщенностью.
Картины представляли различные исторические моменты: «Призвание на княжество Рюрика»; «Ярослав-Законодатель»; «Дмитрий Донской перед св. Сергием»; «Петр Великий на закладке Петропавловской крепости»; «Покорение Крыма» и пр. Всеобщее внимание привлекала картина «Царь-Освободитель». В основании картины изображен земной глобус, а на последнем помещен покойный государь, стоящий на берегу Черного моря. Вокруг глобуса сошлись народные толпы: одни из освобожденных осеняют себя крестным знамением, а другие — обращаются в сторону царя.
Между картинами, отделяя их одну от другой, повешены были большие изображения гербов важнейших русских губерний; над гербами развевались собранные веером флаги — по три над каждым гербом.
Против обыкновения, палатки, предназначенные для продажи пива, выстроились по двум сторонам поля правильными рядами, а не были без системы разбросаны, как бывало до сих пор во время масленичного и пасхального гулянья. Bce пивные заводы Петербурга здесь фигурировали. Палатки с лакомствами также были разбиты систематично.
На углах площади находились театры. Особенно привлекало толпу представление на одной из сцен водевиля «Как гуляет староста Семен Иванович». Кроме того, народ мог восхищаться на другой сцене залихватскою песней гудочника Торопки, который откалывал песню «Заходили чарочки по столику». На прочих сценах и эстрадах появлялись: песенники, акробаты и куплетисты.
Наконец, устроены были всевозможные игры для народа, как то: мачты для лазанья, бег под ведром, эстрада для хоровода, карусели, коньки, несколько хоров музыки и прочая развлечения. Кроме того, на лугу находилась арена для упражнений акробатического характера; здесь доморощенный фокусник показывал незамысловатые фокусы; здесь упражнялись гимнасты и проделывали разные штуки небольшие собаки. Публике очень понравилось хождение одного гимнаста по канату; фокуснику же нередко даже дети кричали: «довольно»!



Интереснее всего были игры на призы: лазанье на мачты и бег под ведром. Билеты для состязания в лазании брались, буквально, с боя. Столбов было два: один для мальчиков, а другой — для взрослых мужчин. Кто достигал верхушки столба и звонил в колокол, тому выдавался приз. Раздача призов производилась дамами, находившимися в царской палатке. Призами назначены были костюмы, часы, самовары, гармоники, кофейники, кошельки с рублем денег, сапоги и прочее. Всех призов было 12. Первый из них состоял из полного русского костюма; второй — из серебряных часов; третий — из самовара и фунта чаю. Несколько раз начинавшийся дождь не разогнал гуляющих, и оживление на площади было полное. Оно продолжалось до сумерек, когда всюду по городу начала зажигаться роскошная иллюминация.



Вечером, в описываемый день, весь Петербург был блистательно иллюминован. Центром иллюминации представлялись Адмиралтейская и Дворцовая площади, главными артериями которых являлись Невский и Большая Морская, от которых шли уже разветвления. Наиболее ярко был иллюминован Невский проспект, который до поздней ночи был настолько заполонен народом, что не оставалось места для движения экипажей.



Наиболее красиво по Невскому проспекту освещены были: Александринский театр, здания думы, волжко-камского и учетного банков, Аничков дворец, московский вокзал и некоторые другие здания. Александринский театр иллюминован шкаликами, тем не менее — весьма изящно. Помещающаяся на фронтоне здания фигура на триумфальной колеснице освещалась разноцветными лучами, устроенными за колесницею. Лицевой фасад здания, обращенный к Невскому проспекту, представлял великолепную колоннаду, украшенную зеленью и двуглавым золотым государственным орлом; по сторонам колоннады помещались два обелиска с гербами Петербурга и Москвы; а над ними — два медальона, на одном из которых сияла вензелевая буква имени государя императора, а на другом — имени государыни императрицы.



Здание волжско-камского банка было блистательно декорировано и освещено тысячами огней. Дом учетного банка, убранный цветами и многочисленными флагами, был иллюминован звездами. С вершины адмиралтейства падал на весь Невский свет электрического солнца, придавая праздничной картине вечера совершенно фантастический вид.



Дворцовая площадь освещалась посредством электричества. У здания главного штаба расположены были разных систем электрические лампы. В каждом из четырех высоких и красивых канделябров — двух у подножия триумфальной арки и двух на углах здания — вставлено было по пяти электрических источников: четыре свечи Яблочкова, с силою света до 500 свечей каждая, и лампа с постоянным током Чиколева, с силою света до 800 свечей. По окружности полукруга, на равном расстоянии между двумя канделябрами, стоял с каждой стороны высокий столб, с красным фонарем — лампой Чиколева, силою света в 800 свечей. Так называемое электрическое солнце Сименса, в 6000 свечей, помещалось над триумфальной аркой, в правой руке статуи «славы», стоящей на Tpиyмфальной колеснице. Лучи света этого источника расходились по всем направлениям и освещали площадь перед Зимним дворцом и часть Большой Морской. Всего установлено было 23 электрических источника с общею силою света в 18800 свечей.



На Дворцовой набережной можно было созерцать дивную картину судов, стоявших на Неве. Ниже Николаевского моста все суда, преимущественно императорские яхты, казенные пароходы, финляндские пароходы расцветили флагами и фонарями. Пасмурная погода много вредила общему впечатлению; но картина, все-таки, выходила волшебная, особенно когда суда освещались бенгальскими огнями или с некоторых из них пускались ракеты. Разноцветные огни фонарей, извиваясь по бортам, мачтам и канатам, тысячами переливались в водах широкой реки-красавицы, отсвечивая здесь всеми цветами радуги.



Большая Садовая, Гороховая, Михайловская улицы представляли живописную газовую иллюминацию, равно как Литейный и Владимирский проспекты. На последнем, перед помещением русского купеческого общества для взаимного вспоможения, останавливалась масса народа; здесь была невообразимая давка. Весь фасад здания клуба залит был тысячами огней, изображавших вензеля их величеств, украшенные короной. Старшины клуба, но инициативе некоторых членов общества, разместили на балконе оркестр бальной музыки. Хозяева клуба распорядились выслать толпе два ведра водки. Вследствие этого народ не расходился отсюда до рассвета — в чаянии нового дарового угощения. В заречных частях города особенно хорошо были иллюминованы: фабрика Кумберга — на Петербургской Стороне; и здания Павловского военного училища, академии наук, университета и биржи — на Васильевском острове.





Места наших местных загородных увеселений встретили вечер коронационного дня также весьма торжественно. Все здание «Ливадии» и все набережные заведения убраны были шкаликами, транспарантами и вензелями. Внутри сада выстроены были две громадных размеров арки, обвитые зеленью, в виде лавра, и украшенные вензелями и гербами. Обещанный антрепренером «блестящий» фейерверк, будто бы им выписанный из заграницы, не состоялся, не смотря на негодование публики, ради того собравшейся в сад.



В Аркадии оба въезда в заведение украшены были больших размеров арками. Передний балкон блестящим образом был иллюминован и убран царскими вензелями, массою флагов. Внутри сада всюду находились вензеля, роскошные транспаранты и флаги. На открытой сцене несколько раз, по требованию публики, исполнялся народный гимн соединенными хорами русских певцов и цыган, под аккомпанемент двух военных оркестров. В театре исполнено «Славься». Актеры усердствовали, и театр был набит битком. В конце вечера состоялось факельное шествие по саду в костюмах.



В ожидании возвращения венчанной четы в Санкт-Петребург после коронации, еще накануне дня 29-го мая весь город украсился флагами и различными декорациями. Можно сказать без преувеличения, что столица потонула в море флагов, щитов, тропических растений, цветов, изящных материй и дорогих ковров. Поезд, на котором прибыли их величества, обтянут был красной материей. Платформа, гдe он остановился, обращена была в крытую галерею, драпированную флагами и гирляндами из зелени. Пол устлан был ковром; а у входа в императорские комнаты густо стояли растения. Внутренний путевой двор увешан был флагами; а наружный фасад вокзала был убран красной материей с опушкой под горностай. Вид на Знаменскую площадь, — дома которой, расположенные полукружием, разукрасились сверху до низу, — был особенно эффектен: словно целая площадь превращена была в палатку или цветник. Гостиницы Знаменская и Балабина не поскупились на украшения: кроме множества флагов и щитов, балконы их уставлены были зеленью, среди которой помещались бюсты их величеств, а по сторонам прибиты были вензеля и щиты.



Невский проспект представлял собой зрелище исключительное и поразительное. По всему проспекту, на месте снятых фонарей, красовалось по 3 флага, прикрепленных в виде веера к каждому фонарному столбу. Углы Владимирской улицы, где гостиница «Москва» и ресторан Палкина, украсились густой зеленью и декоративной материей. В одном из окон «Москвы» была выставлена большая картина, изображающая венчанную чету, окруженную ангелами с гирляндами в руках. Торговый дом Виноградова обтянул сплошь подъезд свой и вывески красной материей, а в окнах выставил портреты государя и государыни, во весь рост, исполненные масляными красками, в роскошных золоченых рамах, увенчанных царскими регалиями. В окне часового магазина Винтера виднелись инициалы их величеств, изящно составленные из золотых и серебряных часов; корона над инициалами — из золотых дамских часов с эмалью.
Вид Невского от Аничкина дворца до Казанского моста представлял почти непрерывную декорацию. Колонны Александринского театра убраны были матеpиeй из полос двух цветов: белого и зеленого. Дом городского головы Глазунова, увешанный коврами и окаймленный горностаем, имел посредине громадный вензель царственной четы. Особенное же внимание обращало на себя убранство Гостиного Двора, затратившего по этому случаю немалую сумму. Перед серединой наружного фасада двора, на высоте бельэтажа, была воздвигнута великолепная царская ложа — шатер конусообразной формы. Над вершиною конуса — транспарант с короной и вензелевыми буквами государя и государыни. Затем шли изображения императорских регалий: короны, скипетры и державы, исполненные золотом, на малиновой подушке. Выше — государственный герб, а над ним — национальный флаг. Ложа обита была красным сукном, бархатом и золотой парчей, окаймленной настоящим горностаем. Здесь играл, при въезде высочайшей фамилии, хор военной музыки. Украшение двора вдоль Невского сделано было из декоративных, писанных на холсте, транспарантов и щитов. Против каждой лавки стоял щит, окруженный флагами. На золотом поле каждого щита имелись патриотические надписи. Против балюстрад верхней галереи подвешены были люстры и гирлянды. Гирляндами же соединены были между собой все декорации. Кроме того, весьма изящно был убран фасад здания перинной линии, на фронтоне которого виднелась корона в сиянии.



Башня городской думы расцветилась флагами. Из окон башни свешивались красные ковры, окаймленные золотым позументом. Перила и площадка гранитной лестницы, уставленной целой оранжерей экзотических растений, покрылись трехцветной материей. Над площадкой возвышались герб города и транспарант с вензелевыми изображениями венценосной четы. Милютин ряд обтянут был материей и симметрически убран флагами. По богатству и разнообразию украшений особенно выделялся, на противоположной стороне, дом купеческого общества; магазины его совершенно скрылись за персидскими коврами и турецкой материей разных цветов. Также хорошо декорированы были дома: Европейской гостиницы, фортепианного фабриканта Беккера, русского банка для внешней торговли и голландской церкви.
Между Казанским и Полицейским мостами выделялся только дом графа Строганова, покрытый 3000 фонарей, снабженных матовыми колпаками и обещавший вечером роскошную иллюминацию. От Полицейского моста до Адмиралтейской площади роскошно убраны были многие дома — особенно же дом Елисеева, где помещается Благородное Собрание, а здание адмиралтейства украсилось как русскими национальными флагами, так и морскими флагами всех морских держав.
Общий вид Большой Морской восхищал своим великолепием; здесь более всех отличились известные портные: Тедески и Корпус. Прелестный вид представляла Дворцовая площадь. Здание главного штаба, министерства финансов и дом государственного канцлера были декорированы в строгом вкусе. На балконах, в полукружии здания главного штаба — вензелевые буквы Государя и Государыни, исполненный золотом на горностаевом фоне, окруженные красным сукном и ветками живых растений; на фронтоне здания — золотой государственный орел; по бокам арки — хоругви, с изображением серебряных орлов и инициалов их величеств. Наконец, самостоятельная декоративная картина являлась на ближайшем к Зимнему дворцу здании — штаба войск гвардии и петербургского военного округа; весь фасад был здесь покрыт красной материей, опушенной горностаем, в форме конусообразного балдахина, венчающагося царской короной; на горностаевом поле, под короной — транспарант с вензелевыми буквами их величеств; по обеим сторонам транспаранта — два крыла, на которых государственные гербы; карниз бельэтажа изящно был драпирован фестонами.


[Источник:]
Журнал "Всемирная иллюстрация" № 751, 753.
Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
This page was loaded Jan 22nd 2018, 12:36 am GMT.