Александр Клиймук (20history) wrote in foto_history,
Александр Клиймук
20history
foto_history

Categories:

История пани Лидии. Глава 11.

Оригинал взят у 20history в История пани Лидии. Глава 11.
Судьба семьи Бочаровых стала известна широкой общественности. Трагическая история о матери, потерявшей ребёнка на 17 лет, и дочери, которая выросла, ничего не зная о своём прошлом, облетела газеты Польши и Советского Союза. Целыми днями группы журналистов не покидали дом Рыдзиковских в Освенциме и дом Бочаровых — в Енакиево. Об Анне и Лидии-Людмиле выпускались радиопередачи, снимались телевизионные сюжеты.

Репортёры были с Анной и Алексеем в день их первого разговора с дочерью по телефону. Кроме них на телефонной станции присутствовал шахтёр Владислав Нетецкий — он говорил по-польски и был одним из немногих в Енакиево, кто мог помочь Бочаровым с переводом разговора.



Читатели газет радовались вместе с Анной и Алексеем их счастью — многим жителям СССР эта история дала надежду на то, что найдутся и их родственники, пропавшие во время войны. Бочаровым стали приходить письма из разных городов страны — кто-то рассказывал свою историю, кто-то просил помочь в поиске ребёнка, а кто-то знал Анну со времён заключения в концлагере и хотел восстановить контакт.

Сюжеты в советских газетах отличались особым стилем повествования — одновременно драматическим и помпезным. История девочки из Освенцима должна была вписаться в государственную пропаганду, поэтому в газетных статьях особое место занимало противопоставление нацистским преступлениям героизма советских солдат, освободивших концлагерь Аушвиц-Биркенау, а заодно и всю Европу от фашизма.

Целый ряд сюжетов о судьбе Лидии Рыдзиковской вышел в ежедневной газете Северной группы советских войск «Знамя победы». Полковник Михаил Ильин и майор Дмитрий Петунин провели большую журналистскую работу в Освенциме, результатом которой стал обширный репортаж под заголовком «Семнадцать лет спустя». Согласно требованиям времени, статьи изобиловали пропагандистской риторикой. Подчёркивались преимущества социалистического уклада, дружба между Польской Народной Республикой и СССР, а также ведущая роль коммунистической партии в жизни обеих стран.



История о Лидии-Людмиле стала одним из инструментов советской пропаганды. Рассказывая историю девочки, репортёры по-своему истолковывали факты. Лидию описывали как «дочь русского народа», которая «своей жизнью обязана в первую очередь советским солдатам». Какие-то факты преувеличивались — так, например, число жертв концлагеря Аушвиц-Биркенау указывалось как четыре миллиона, хотя, согласно современным оценкам, эта цифра завышена в четыре раза. Сюжеты публиковались в разгар холодной войны, поэтому повествование дополнялось подобными выпадами: «Муки и страдания принесла эта [Вторая мировая] война. Но сколько горя принесёт она людям, если её снова навяжут человечеству империалисты?». Одна из статей из цикла «17 лет спустя» заканчивается решительным обращением:

Люди, будьте на страже! Ты слышишь, солдат? Это к тебе обращается бывший узник гитлеровских застенков. Так крепче сожми автомат, зорче всматривайся вдаль. Ведь на тебя с надеждой смотрит весь наш народ, трудящиеся всего мира.

После публикаций в польской и советской прессе Лидия начинает получать письма от незнакомых людей. Писали взрослые, искавшие своих детей, писали бывшие солдаты, освобождавшие концлагерь в Освенциме, писали дети, которые хотели подружиться с Лидией. Написал даже дядя Юра из Клайпеды — брат Анны Бочаровой. Утверждал, что брат Михаил, которого у Лидии никогда не было, но о котором она почему-то помнила, это и есть дядя Юра. Виделись они в 1942 году, когда девочка была совсем маленькой, поэтому она и не запомнила дядю, зато он её запомнил очень хорошо:

В день прихода к нам ты стояла у стола и кушала молоко с хлебом, подбирая на столе крошки. Такой ты мне запомнилась до сих пор.

Были письма от отчаявшихся родителей, которые просили Лидию помочь им найти близких, оставшихся в Освенциме после освобождения лагеря. Сообщали свои имена, свои лагерные номера. Были и другие трогательные письма:

Пишет тебе советская пионерка Валя. Твой адрес и фото я видела в газете.
Люда! Если ты хочешь, мы будем дружить. И обязательно встретимся.
Я учусь в 7 классе. Мне 23 февраля исполнилось 14 лет.
Люда, прошу тебя писать мне. Я буду рада.
Желаю здоровья и скорого возвращения на Родину.

Для всех было очевидно, что «на Родину» Лидия вернётся —все ждали встречи Лидии со своей семьёй в Советском Союзе. Газеты строили догадки, останется ли она после этой встречи в СССР или вернётся в Польшу. Сама Лидия говорила, что, скорее всего, вернётся — ведь у неё в Освенциме муж Артур и приёмные родители, которые её воспитали. Всем четверым вскоре пришло приглашение посетить Советский Союз, оставалось только решить проблему с финансированием поездки. В этом помогли корреспонденты газеты «Знамя победы» Ильин и Петунин.

Формальности, связанные с оформлением разрешения на посещение СССР, удалось уладить достаточно быстро. Уже в середине апреля 1962 года Лидия, Артур, Бронислава и Рышард отправились в Москву, где была организована встреча с семьёй Бочаровых. Бронислава переживала и плакала. Лидия успокаивала свою приёмную мать. Обещала, что обязательно вернётся в Польшу и не оставит её одну.

Tags: 1960-е, история Польши, история СССР
Subscribe
Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments